Рассказывает директор музея истории евреев Молдовы, Ирина Шихова.
Череда праздников в первые недели еврейского года – наверное, самое подходящее время для того, чтобы рассказать об одном сильном впечатлении из поездки по США.
Мне посчастливилось побывать в самом сердце Хабада – знаменитой Синагоге 770. Это не было запланировано в программе, подготовленной для нас Государственным Департаментом США, а произошло по личному приглашению рабби Зуше а-Коэн Абельски, главного раввина ХаБаДа Республики Молдова.
770 Eastern Parkway в Бруклине – это та самая синагога, где больше сорока лет служил Седьмой Любавичский Ребе Менахем Мендл Шнеерсон. Это невероятно энергетически заряженное место, одновременно и действующая синагога, и музей. Здесь хранится знаменитая библиотека Шнеерсонов, здесь экспонируются вещи, принадлежавшие раввинам из династии Шнеерсонов. А ещё здесь, в небольшой звукоизолированной комнате, где на стене рядами висят несколько десятков телефонных трубок , в течение десятилетий происходило нечто очень особенное. Отсюда, пользуясь остроумной схемой на базе обычной международной телефонной связи, Ребе читал многочасовые проповеди для хасидов во всём мире, передаваемую в реальном времени по телефону: Бруклин звонил (например) в Иерусалим, Лондон и Париж, Лондон звонил в Москву и Варшаву, и так далее. Таким образом по обычным телефонным проводам слово Ребе доходило до тысяч или десятков тысяч последователей во всём мире. Этот кустарный метод может показаться смешным, он работал со сбоями и стоил огромных денег за многочасовые международные телефонные переговоры – но он работал, и во многом именно он создал ту огромную международную сеть Хабада, которую мы видим сегодня.
А ещё я рассказала рабби Зуше о нашей работе, о трудностях и надеждах, о планах создания на исторической части кладбища музея под открытым небом, где будет увековечена наша история в камне, в том числе память наших великих раввинов прошлого – включая рабби Залмана ха-Коэна Абельски, покойного отца рабби Зуше. Рабби слушал очень внимательно, задавал вопросы по делу, вникал в детали, а в конце сказал: “Ты делаешь важное дело. Тебе трудно – это значит, ты делаешь важное дело. Важное для евреев, для общины, для памяти. Я благословляю тебя на этот труд.”
Да, мне трудно. Но это потому, что я делаю по-настоящему важное дело. Спасибо, рабби.